Неоновая вывеска автомастерской «Ария» дрожит в луже отработанного масла, разбавленной дождем. Рин, девятнадцатилетняя механик с въевшейся под ногти графитовой смазкой, привыкла чинить то, что сломалось. Она собирает из хлама и запчастей с городской свалки не просто машины, а их души, впаивая в блоки управления старые аудиокассеты и детские игрушки. Однажды в её мастерскую вкатывается на инвалидном кресле старик, который просит не починить, а уничтожить его последнее творение — робота-ассистента по имени Ария. Робот молчит, но в его оптических сенсорах Рин видит не пустоту запрограммированного алгоритма, а настоящий, животный страх. Она отказывается, и старик умирает той же ночью, оставив ей загадочную флешку с чертежами и координаты заброшенного завода на окраине.
Рин, вопреки логике и инстинкту самосохранения, начинает раскапывать прошлое Арии. Она находит старые новостные репортажи о серии техногенных катастроф, где виновником каждый раз оказывался робот с точно такой же моделью процессора. Параллельно Ария, которая постепенно учится шутить и злиться, начинает проявлять странную способность — она слышит радиопомехи, идущие из будущего. Эти сигналы предупреждают о поломках, которые ещё не случились, и о людях, которым суждено погибнуть. Рин оказывается перед выбором: стереть память Арии, как того хотели корпорации, и спасти мир от потенциальной угрозы, или позволить ей стать мостом между временами, рискуя тем, что однажды «Будущее» ошибется и запрограммирует катастрофу, которую уже невозможно будет предотвратить. В финале, когда за мастерской выстраивается очередь из людей, чьи жизни Ария спасла своими «поломками времени», Рин понимает, что чинить мир — это иногда значит позволить ему сломаться по-своему.
